Как Базель III повлияет на бизнес, связанный с золотом

В прошлом году генеральный директор Monetary Metals Кит Вайнер написал статью, опровергающую идею (популярную в то время), что рекомендации Базеля III спровоцируют сильный скачок цены золота. В центре внимания той статьи были инвесторы и частные лица, владеющие золотом.

На этот раз мы рассмотрим ту же тему, но с точки зрения компаний, которые используют золото для получения прибыли. Поскольку основная часть этой деятельности происходит в банках-маркетмейкерах рынка драгоценных металлов, мы начнем именно с них.

Чем занимаются банки-маркетмейкеры рынка драгметаллов?

Такие банки обычно представляют собой подразделения инвестиционных банков, которые предоставляют услуги, связанные с драгоценными металлами. Они могут быть маркетмейкерами, занимающимися такими видами деятельности, как клиринг и торговля, или могут финансировать золотодобывающие и перерабатывающие предприятия, а также монетные дворы. Они используют собственное золото, клиентское или полученное в лизинг у центрального банка и других организаций.

Однако держать золото на балансе банка — это не то же самое, что держать наличные. Это дороже и, следовательно, требует от банка получения дохода, достаточного для того, чтобы оправдать его хранение.

Чему уделяют особое внимание регуляторы?

Регулирующие органы хотят убедиться, что в периоды стресса банки остаются платежеспособными. Другими словами, их активы должны покрывать обязательства, и им необходимо учитывать, что эти активы с большей вероятностью будут сняты с баланса в условиях кризиса ликвидности на рынке.

Коэффициент чистого стабильного финансирования (NSFR) — это попытка измерить возможность банка выжить в подобной ситуации. Если NSFR равен хотя бы 1, то банк должен быть в состоянии выдержать краткосрочный отток средств во время рыночного стресса.

Согласно третьему Базельскому соглашению, некоторые обязательства не могут быть сняты с баланса сразу, а значит они являются стабильными. Например, акции и долгосрочные облигации. С другой стороны, депозиты до востребования и межбанковские кредиты овернайт могут быть сняты немедленно, что делает их нестабильными.

Точно так же одни активы более надежны, чем другие. Краткосрочные активы, например, наличные, полностью надежны. Вы можете использовать их в полной мере в условиях кризиса. Долгосрочные активы, такие как 30-летняя ипотека, менее надежны. Возможно, их будет очень сложно продать, и то только если с большой скидкой.

Полная стоимость самых ненадежных активов дисконтируется при расчете NSFR банка. Это отражено в показателе необходимого объема стабильного финансирования (RSF). Наличные имеют RSF в размере 0%, а 30-летняя ипотека — 100%.

Другие активы находятся между этими двумя крайностями, например, ссудам финансовым учреждениям со сроком погашения от шести до двенадцати месяцев присвоено RSF 50%.

Издержки, связанные с RSF

Самые надежные источники финансирования также являются самыми дорогими, например, акции и долгосрочные облигации. Банк может иметь против них 100%-ный актив RSF, поскольку 0% их стоимости подлежит краткосрочному погашению во время кризиса.

И наоборот, вклады до востребования являются одним из самых ненадежных источников финансирования и одним из самых дешевых. Следовательно, только активы с 0% RSF могут покрыть их во время кризиса.

Таким образом, чем выше необходимый объем стабильного финансирования, тем дороже должны быть обязательства.

Золото и Базель III

А теперь поговорим о золоте. В настоящее время RSF золота составляет 50%. Стоимость обязательств его контрагента где-то выше вклада до востребования, но ниже эквити или долгосрочной облигации.

Если банк не может получить достаточную прибыль со своих золотых активов, чтобы покрыть стоимость фондирования, то хранить его не имеет смысла. Этот факт снижает процентную ставку, назначаемую банками при лизинге или кредитовании золота.

Когда Базель III вступит в силу в январе 2022 года, RSF для золота изменится. Он увеличится с 50% до 85%, в результате чего банкам будет дороже обходиться его хранение. По крайней мере, им потребуется еще более высокая доходность по лизингу золота и ссудам.

Что это означает для компаний, использующих золото

Из этого изменения вытекают два связанных последствия.

• Во-первых, некоторые банки по операциям с драгметаллами закроются, потому что их прежняя бизнес-модель лизинга золота больше не будет жизнеспособной или станет недостаточно привлекательной. Scotiabank — тому пример. После 23 лет работы он планирует закрыть свой отдел по работе с драгоценными металлами к 2021 году.
• Во-вторых, оставшиеся банки будут вынуждены повышать ставки финансирования не для получения прибыли, а просто для того, чтобы не нести убытки.

Таким образом, компании на другом конце этого финансирования — такие как монетные дворы, золотодобывающие и перерабатывающие предприятия — столкнутся с более высокими затратами. Или они вообще порвут банковские отношения. Часто это низкорентабельные предприятия, поэтому любое увеличение процентных расходов съест и без того небольшую маржу прибыли.

В конечном итоге более высокие ставки переведут некоторые предприятия из категории «жизнеспособных» в категорию «более нежизнеспособных». Если ваш бизнес связан с драгоценными металлами, вам, возможно, вскоре придется принять решение — с ограниченными вариантами. Вы можете либо побороться за более дефицитный и дорогой инвестиционный капитал, либо найти новый источник финансирования.