«Позитивное мышление» не повысит эффективность экономики

Из-за неоднородного распространения информации шансы на то, что какой-либо конкретный человек точно оценивает состояние экономики, невелики. Поэтому считается, что случайный отбор большого числа людей повышает вероятность получения полной картины. Вполне возможно, что группа людей будет располагать большим объемом информации, чем любой человек в отдельности. Однако больше информации не означает, что эта группа лучше понимает экономические условия.

Чтобы выявить реальное положение дел, любую информацию нужно сопоставить с заложенными в основу теориями. «Имеет ли смысл» оценка экономических условий определяется не только объемом доступной информации, но и тем, соответствует ли теория реальности. Пока опрошенные не поделятся тем, на какие теории они опираются, нет веских причин рассматривать опросы о доверии или настроениях в качестве основы для оценки состояния экономики.

Кроме того, опросы потребителей и деловых кругов считают полезными, поскольку они могут намекнуть на вероятные изменения в спросе на товары и услуги. Повышение индексов потребительской и деловой уверенности якобы предвещает увеличение спроса на товары и услуги. И наоборот, снижение индексов повышает вероятность того, что спрос на товары и услуги сократится. Учитывая распространенное мнение о том, что спрос вызывает предложение, можно предположить, что, определение вероятного направления индексов доверия помогает определить вероятный будущий курс экономики. Однако, следуя закону Сэя, именно увеличение предложения приводит к увеличению спроса (т.е. предложение вызывает спрос, а не наоборот). Для экономического роста необходимы производство, сбережения и развитие структуры капитала. Более того, согласно Мизесу, знание о будущем может быть только качественным:

Экономическая наука может предсказать последствия, которые следует ожидать от применения определенных мер экономической политики. Она может ответить на вопрос, способна ли та или иная политика достичь поставленных целей, и, если ответ отрицательный, каковы будут ее реальные последствия. Но, конечно, этот прогноз может быть только «качественным». Он не может быть «количественным», поскольку нет постоянных связей между соответствующими факторами и эффектами.

Может ли позитивное мышление предотвратить падение экономической активности?

Предполагая, что ожидания являются ключевой движущей силой экономики, некоторые комментаторы считают, что «позитивное» мышление и большие дозы «хороших» новостей способны предотвратить развитие пессимистических ожиданий и, в свою очередь, ухудшение экономических условий. Согласно этой точке зрения, людьми движет психология, подверженная резким колебаниям. Получается, крайне важно не нарушить их душевное спокойствие, чтобы экономика и дальше процветала. Поэтому, когда различные комментаторы обсуждают состояние экономики, они стараются говорить о положительных моментах. Даже когда экономика впадает в рецессию, влиятельные комментаторы очень осторожны в своих высказываниях. По этому поводу Ротбард писал:

...после потрясений 1929 года экономисты и политики пришли к выводу, что подобное не должно повториться. Самым простым способом было забыть про такое понятие как «депрессия». Больше Америка не страдала от депрессий. Когда в 1937-38 годах разразилась следующая депрессия, экономисты не стали прибегать к страшному названию и придумали новое, гораздо более мягкое слово — «рецессия».

С тех пор было много рецессий, зато не было депрессий. Но в скором времени слово «рецессия» также стало слишком резким для чувствительной американской общественности. Так последняя рецессия была в 1957-58 годах. После этого были только «спады», или даже «замедления» и «движение вбок».

Основной причиной такой риторики является мнение о том, что мягкие формулировки не подорвут доверие людей. Если доверие людей остается стабильным, то стабильной будет, как предполагается, и экономическая активность. Поэтому многие экономисты считают, что политика правительства и центрального банка должна быть прозрачной. Если о политике будет известно заранее, можно будет избежать неожиданностей и снизить волатильность.

Вместо этого важно не то, стабильны ли ожидания, а то, соответствуют ли они реальности. Стабильные ожидания не могут компенсировать ущерб, причиненный неэффективной денежно-кредитной и налогово-бюджетной политикой. Более того, независимо от того, смогут ли люди распознать реальные факты или нет, эти факты будут заявлять о себе.

Ожидания на свободных и манипулируемых рынках

Ожидания возникают в ответ на оценку человеком известных ему фактов и его предполагаемой теории (независимо от того, сознательно это происходит или нет). В условиях свободной рыночной экономики всякий раз, когда люди формируют ожидания, противоречащие реальности, это приводит к последствиям, побуждающим пересмотреть оценку и действовать по-другому.

Например, в результате неправильной оценки в производство продукта А было вложено слишком много капитала, а в производство продукта В — слишком мало. Результатом чрезмерных инвестиций в производство А станет снижение прибыли, поскольку избыточное количество товара А может быть продано только по ценам, низким по сравнению с затратами. Недостаточные инвестиции в производство продукта В приведет к повышению его цены по отношению к себестоимости и увеличению прибыли. Вполне вероятно, что в этом случае мы увидим переток капитала из товара А в товар В. Другими словами, в действие придут силы коррекции. На свободном рынке реальность быстро приводит в чувство, потому что игнорирование обходится дорого.

В условиях манипулируемой рыночной экономики все не так. Из-за навязывания политики правительством и центральным банком ожидания могут быть долго оторваны от реальности. Это приводит к серьезным последствиям.

Вывод

В условиях свободной рыночной экономики ожидания людей имеют тенденцию идти в ногу с реальностью. Это контрастирует с ограниченной экономикой, где политика правительства и центрального банка порождает ожидания, которые не соответствуют реальности. Поэтому тот факт, что большая группа людей высказывает мнение относительно состояния экономики, не делает его более точным, чем мнение, высказанное каким-либо конкретным человеком.