Кейнсианцы ошибаются: разрушение не ведет к экономическому буму

Дорога в моем районе похожа на зону боевых действий. Нам хорошо досталось от урагана «Хелен». Тысячи домов и предприятий затопило, в некоторых районах уровень воды достигал четырех футов. Многие свалили свое пострадавшее имущество в кучи на обочине.

Но мы должны быть благодарны, не так ли? В конце концов, это приведет к экономическому буму! По крайней мере, так считают некоторые кейнсианцы.

Если верить этой экономической теории, то огромные суммы денег, потраченные на устранение ущерба, причиненного бедствиями, стимулируют экономику. Война для этого тоже сгодится.

Однажды экономист Пол Кругман предположил, что фальшивое вторжение инопланетян пойдет на пользу экономике, поскольку увеличит государственные расходы. Я это не выдумываю. Кругман действительно так сказал:

Если бы мы обнаружили, что космические пришельцы планируют атаку, и нам потребовалось бы массово наращивать силы для противодействия угрозе, а инфляция и бюджетный дефицит отошли бы на второй план, этот спад закончился бы через 18 месяцев. И тогда, если бы мы обнаружили, что ошиблись и никаких инопланетян нет, все стало бы лучше...

Я думаю, он хотел сказать, что улучшилось бы благосостояние. Хорошо. Я почти уверен, что создание оружия для борьбы с фальшивыми инопланетянами улучшило бы мою жизнь как минимум на 45%.

И если фальшивая война с инопланетянами так выгодна, то насколько выгоден ураган? Я могу ответить на этот вопрос. Вообще ни насколько.

Представление о том, что в катастрофах есть и положительные стороны, проистекает из «заблуждении о разбитом окне». Экономист Фредерик Бастиа впервые раскрыл это заблуждение в работе «То, что видно, и то, чего не видно».

Представьте, что ребенок бросает камень в витрину магазина. Теоретически это пойдет на пользу экономике, потому что владельцу магазина придется заплатить кому-то за ремонт. Как объяснил Бастиа:

Если бы вы оказались свидетелем этой сцены, то наверняка отметили бы тот факт, что каждый из наблюдателей, будь их даже тридцать, единодушно, по всей видимости, утешили бы несчастного владельца следующим образом: «Нет худа без добра. Все хотят жить, и что стало бы со стекольщиками, если бы стекла всегда оставались целы?».

Другими словами, злоключение владельца магазина — это удача для стекольщика. На средства, заработанные на ремонте витрины, стекольщик может купить новый костюм. Тогда у портного появятся деньги, чтобы сходить на футбольный матч. Владельцу футбольной команды на руку, что на трибунах появится еще один болельщик, и так далее. Разбитое окно привело к ряду экономических сделок. И все благодаря хулиганской выходке.

Звучит правдоподобно, не так ли? На первый взгляд кажется, что разбитое окно привело к небольшому экономическому подъему. Но, как объяснил Бастиа, мы кое-что упускаем:

Однако если вы решите в итоге, что бить окна — это хорошо, что это запускает движение денег и что в результате окажет благоприятный эффект на промышленность, я закричу: «Погодите! Эта теория ограничена тем, что видно; она не учитывает того, чего не видно».

Итак, что мы упустили?

Мы не видим денег, которые так и не были потрачены.

Если бы владельцу магазина не пришлось потратить 6 франков на новую витрину, он мог бы купить пару ботинок. Теперь эта сделка не состоится, и сапожник не получит такого дохода. В результате сапожнику придется отложить покупку новой книги для своей библиотеки.

Бастиа подытожил это следующим образом:

Давайте посмотрим на промышленность в целом, как на нее влияет это обстоятельство. Окно разбито, мастер по работе со стеклом получил шесть франков: это то, что видно. Если бы витрина не была разбита, сапожник (или кто другой) получил бы шесть франков: это то, чего не видно.

Хороший экономист всегда старается учесть то, что не очевидно. Но большинство людей не являются хорошими экономистами, в том числе и многие экономисты.

Если разбить окно, обществу не станет лучше. Это становится еще более очевидным, если говорить о разрушениях, вызванных ураганом.

Да, на то, чтобы привести все в порядок, уйдут миллиарды. Кровельщики, строители и другие работники заработают много денег. Но стоит подумать и о том, во что это обойдется другим. Я сомневаюсь, что любой, кто пострадал от урагана во Флориде, Северной Каролине и других штатах, скажет, что им стало лучше от того, что их дома затопило. И представьте, что можно было бы сделать с этими миллиардами, если бы не ураган.

Разрушение — это не прогресс. Это просто глупая кейнсианская бессмыслица.