Инфляционные ожидания в США снова растут, и золото это заметило

ФРС США подняла ставки 16 сентября. Уже одно это заслуживает внимания. ФРС увеличила целевой диапазон до 3,75-4,00% и заявила, что это решение будет способствовать возвращению к целевому уровню инфляции в 2%. Другими словами, ФРС ужесточила политику, потому что инфляция все еще слишком высока.

Это официальная версия, и она не ошибочна.

Согласно Бюро трудовой статистики, ИПЦ вырос до 0,4% в августе и до 3,4% за предыдущие 12 месяцев. Основной причиной стал рост цен на энергоносители.

Так что да, инфляционное давление по-прежнему заметно в официальных данных. Но есть кое-что, что должно насторожить вкладчиков.

После нескольких месяцев рассуждений о повышении процентной ставки, после фактического повышения ставки ФРС и после всех разговоров о восстановлении ценовой стабильности потребители все еще ожидают роста инфляции. Сентябрьский опрос Мичиганского университета показал, что инфляционные ожидания на год вперед подскочили с 4,0% в августе до 4,6% в сентябре. Долгосрочные инфляционные ожидания также выросли до 3,4%.

Одно дело, когда ФРС заявляет, что инфляция в конечном итоге вернется к 2%. И совсем другое, когда домохозяйства смотрят на расходы на бензин, продукты, страховку, электричество, аренду жилья, лечение и говорят: «Я в это не верю».

И это различие имеет значение, ведь то, что домохозяйства ожидают от цен в будущем, может повлиять на саму борьбу с инфляцией.

Инфляционные ожидания — это не «фальшивая» инфляция

Инфляционные ожидания — не то же самое, что измеренная инфляция. Важно понимать разницу.

ИПЦ показывает, как изменились цены на широкий спектр товаров и услуг. Инфляционные ожидания говорят о том, что, по мнению потребителей, будет с ценами дальше. Эти ожидания могут быть ошибочными. Но они все равно имеют значение.

Если домохозяйства ожидают роста цен, они будут иначе тратить, откладывать и брать в долг. Если компании ожидают роста издержек, они установят соответствующие цены. Если работники ожидают, что инфляция продолжит подтачивать их зарплаты, они могут потребовать повышения заработной платы, просто чтобы поддерживать тот же уровень жизни.

Вот почему центральные банки так пристально следят за ожиданиями. ФРС знает, что инфляция — это не только математическая проблема. Это еще и вопрос доверия. Как только домохозяйства перестают верить в то, что ценовая стабильность вернется, ФРС приходится прилагать гораздо больше усилий, чтобы восстановить доверие.

Именно в такой ситуации Америка находится сейчас.

Официальная инфляция составляет 3,4%. Потребители ожидают, что в следующем году инфляция поднимется до 4,6%. Долгосрочные ожидания по-прежнему выше целевого показателя ФРС. Цены на энергоносители так же высоки. И центральный банк пытается убедить всех, что еще один шаг в рамках денежно-кредитной политики поможет справиться с проблемой.

Возможно, так и будет. Но не слишком ли много доверия требует организация, которая годами убеждала американцев, что инфляция находится под контролем, носит временный характер, сдерживается, замедляется или что она не так страшна, как кажется.

Речь не о том, чтобы обвинять каждого экономиста в нечестности. Речь о том, чтобы признать разрыв между официальными заверениями и реальным положением дел в домохозяйствах. И тут в игру вступает золото.

Доллар по-прежнему является мерилом, но он теряет силу

Считается, что если процентные ставки растут, наличные становятся более привлекательными. Гособлигации приносят больше прибыли. Доллар может укрепиться. Золото, которое не приносит дохода, сталкивается с трудностями. Такая логика верна. Она помогает объяснить, почему золото может резко упасть, когда ожидается, что процентные ставки вырастут. Но это еще не все.

Важнее спросить, о чем на самом деле говорят эти высокие ставки.

Если процентные ставки растут, потому что экономика здорова, государственный долг находится под контролем, а инфляция умеренная, то это одна ситуация. Если ставки растут из-за высокой инфляции, огромного государственного долга и попыток властей вернуть утраченное доверие, это другое дело. Первое — признак силы. Второе — тревожный сигнал.

Нынешнее положение дел с повышением ставок выглядит гораздо ближе ко второму варианту.

Золоту не нужен крах доллара, чтобы о его значимости вспомнили. Американцам нужно только обратить внимание на то, что с течением времени доллар покупает все меньше.

Доллар может укрепляться по отношению к другим валютам и при этом ослабевать в повседневной жизни. На него можно купить больше иен или евро, чем в прошлом месяце, но при этом купить меньше бензина и продуктов питания, чем несколько лет назад.

В этом разница между устойчивостью обменного курса и покупательной способностью. Владельцы золота инстинктивно понимают эту разницу. Доллар, возможно, остается главным мировым ориентиром. Но этот ориентир слабеет.

Золото держится лучше, чем можно ожидать

На сайте Kitco появился анализ, в котором утверждается, что золото «выбросило на свалку старые правила». Суть проста: согласно привычным корреляциям, золото должно чувствовать себя намного хуже. ФРС ужесточает политику. Доллар укрепился. Доходность облигаций выросла. Это должно было стать серьезным препятствием для золота. Тем не менее драгметалл по-прежнему торгуется в области $4.300 долларов.

Это не значит, что золото больше не подвержено влиянию процентных ставок.

Золото откатилось от недавних максимумов. Оно может продолжить падение, если доллар укрепится или доходность государственных облигаций возрастет. Любой, кто инвестирует в драгоценные металлы, должен понимать, что краткосрочные спады — это обычное явление.

Но важнее вот что: золото не зависит от колебаний процентных ставок в той же степени, что раньше.

На протяжении многих лет считалось, что золото в основном движется в противоположном направлении по отношению к реальным процентным ставкам. Ставки растут — золото падает. Ставки падают — золото растет. Эта взаимосвязь по-прежнему имеет место быть. Но это больше не универсальное объяснение.

Важны также спрос центральных банков, государственный долг, доверие к валюте, геополитическая нестабильность, физический рынок золота, а также утрата доверия к старым монетарным установкам.

Вот почему золото может оставаться на исторически высоком уровне, даже если, согласно старым моделям, оно должно торговаться ниже.

Возможно, цена золота в $4.300 долларов — не такая уж загадка

Некоторые аналитики считают устойчивость золота крайне примечательной. В каком-то смысле это так. То, что недоходный металл держится вблизи исторических максимумов, в то время как ставки растут, о многом говорит. Но я не думаю, что это должно кого-то удивлять.

Последние несколько лет не назвать нормальными.

С 2020 года американцы столкнулись с мерами стимулирования, быстрым увеличением ликвидности, серьезным инфляционным шоком, растущим государственным долгом, неоднократными бюджетными противостояниями, геополитической нестабильностью, скачком цен на энергоносители и плавающей позицией центрального банка.

Это не обычный экономический цикл. Это денежно-кредитный стресс-тест.

Так что, возможно, загадка не в том, почему золото остается на уровне около $4.300 долларов. А в том, почему кто-то ожидал, что оно будет вести себя так, будто мы все еще живем в 2020 году.

Юрриен Тиммер из Fidelity высказал схожее мнение. Он считает, что справедливая стоимость золота составляет около $5.000 долларов, на основе модели, связывающей золото с глобальной ликвидностью, а не только с реальными ставками. Это модель одного из аналитиков, а не гарантия. Но она хорошо отражает сдвиг.

Золото больше не рассматривается только как реакция на изменение процентных ставок. Его все чаще оценивают с точки зрения ликвидности, долговой нагрузки, доверия к валюте и состояния финансовой системы в целом.

Это гораздо более масштабный разговор. И это помогает объяснить, почему текущая цена на золото может казаться «завышенной» с точки зрения старых критериев, но вполне рациональной с точки зрения новых. Прежние сравнения теряют свою актуальность.

Есть соблазн сравнивать каждый новый виток инфляции с 1970-ми. В этом есть определенный смысл. 1970-е годы показали американцам, что происходит, когда инфляционные ожидания укореняются, когда доверие к политикам падает, а соотношение доллара к золоту резко меняется. Но на этом сходство заканчивается.

Соединенные Штаты в начале 1980-х годов могли выдержать процентные ставки, которые сегодня кажутся почти немыслимыми. Государственный долг был гораздо меньше по отношению к экономике. Финансовые структуры домохозяйств были устроены иначе. Мировая финансовая система была менее закредитована и менее зависима от заверений центральных банков.

Сегодня экономика гораздо более чувствительна к изменениям процентных ставок. Процентная ставка в 4% может показаться не такой уж высокой по сравнению с началом 1980-х годов. Но сегодня она накладывается на огромный государственный долг, дорогое жилье, высокие потребительские расходы и финансовую систему, привыкшую прислушиваться к каждому слову ФРС.

Дело не только в ставке. Дело в фундаменте. Стул спокойно стоит на ровном полу. Но если поставить его на треснувший лед, его вес будет восприниматься иначе.

И так я воспринимаю современную денежно-кредитную систему. Ставки не существуют в вакууме. А фундамент выглядит более шатким, чем раньше.

Устойчивость золота — один из способов, с помощью которых рынок демонстрирует эту слабость.