Экономика и центробанки: расхождение в данных и отставание в политике

Золото и серебро начали год с сильного подъема, который, похоже, сходит на нет по мере приближения к середине года. В долларовом выражении с минимумов сентября 2022 года до максимума середины апреля 2023 золото выросло более чем на 26%, а серебро — на 46%. Но с тех пор золото перешло в боковой тренд, а серебро растеряло часть прироста.

С точки зрения технического анализа, оба металла находятся в неустойчивом положении, поскольку тестируют уровни поддержки и линии восходящего тренда. Цены на металлы становятся волатильными в ответ на каждое решение по экономической и денежно-кредитной политике, и сильнее всего реагируют на данные из США и политику Федеральной резервной системы. На этих «американских горках» застряли не только драгметаллы, но и облигации и акции.

Расхождение в данных

Похоже, в последнее время экономические и финансовые данные заметно расходятся. С марта 2022 года центральные банки проводят кампанию по повышению процентных ставок в попытках замедлить инфляцию до целевых показателей. ФРС, например, повышала ставки в течение 10 заседаний подряд, и рост в общей сложности составил 5%, после чего центробанк взял паузу в июне, но дал понять, что на этом повышение не закончилось.

Те же чиновники прогнозируют замедление экономического роста и повышение уровня безработицы. Другие центральные банки также повышают ставки, несмотря на тревожные признаки на рынках жилья и в банковском секторе.

ФРС и другие центральные банки находятся в ловушке: с одной стороны высокая инфляция, с другой — экономические проблемы. Почти все центробанки признали, что денежно-кредитная политика работает с отставанием.

Вопрос в том, как долго и в какой степени отставание влияет на экономику, поскольку трудно полностью изолировать влияние денежно-кредитной политики от других экономических факторов, а повышение ставок — это не разовый удар по экономике. По оценкам, для полного выявления эффекта потребуется до 2 лет.

Скоро истинный ущерб станет очевиден

Это означает, что при повышении ставок, начавшемся 18 месяцев назад, в силу не вступили эффекты даже первого повышения, не говоря уже о последующих.

Отставание вступает в игру, когда, например, приходится продлевать ипотечные кредиты, что происходит не в один и тот же год, а с течением времени. По мере роста процентных ставок цена дома, который потенциальный покупатель может себе позволить, снижается из-за увеличения ежемесячных процентных платежей за покупку этого дома. Поэтому цены падают. То же самое относится и к облигациям – по мере роста процентных ставок стоимость уже выпущенной облигации снижается.

Это стало одной из главных проблем для Silicon Valley Bank; государственные облигации США, которыми владел банк, упали в цене.

Это проблема для банка только в том случае, если ему приходится продавать облигации, что Silicon Valley Bank и сделал, потому что вкладчики потребовали вернуть свои деньги, вынудив банк продать эти облигации с убытком. Короче говоря, у SVB не было достаточного количества активов, чтобы покрыть снятие средств.

Затраты правительства на заимствование денег тоже увеличились – процентные ставки по 10-летним государственным облигациям резко выросли. Это означает, что в будущем большая часть государственных бюджетов будет уходить на покрытие расходов по займам, а многие страны с развитой экономикой уже имеют высокий уровень задолженности.

Рынок труда в США

В марте я описал несколько признаков рецессии для экономики США, и ситуация усугубляется.

Одним из показателей, на который обращает внимание Федеральная резервная система США, является количество рабочих мест, доступных на рынке труда, по сравнению с рабочей силой. Этот показатель по традиционным меркам действительно показывает, что доступных рабочих мест больше, чем работников. Это позволяет чиновникам говорить о высоком спросе на рабочую силу.

Однако новые исследования показывают, что рынок труда после пандемии Covid-19 отличается от рынка труда до. Согласно Национальному бюро экономических исследований, работники работают меньше часов, в основном добровольно, т.е. для обеспечения баланса между работой и личной жизнью. Это вынуждает работодателей нанимать больше работников для выполнения того же объема работы.

Статья в The Wall Street Journal также подтверждает тенденцию к снижению числа отработанных часов. WSJ отмечает, что со времен пандемии компании сопротивляются увольнениям даже с приближением экономической слабости.

Согласно министерству труда США, в мае среднее количество часов, отработанных в неделю работниками частного сектора, снизилось до 34,3. В 2019 году средний показатель был выше, а в начале 2021 значение составляло рекордные 35 часов.

Обычно сокращение рабочего времени ведет к увольнениям. Но возможно, не в этот раз.

Этот сигнал о рецессии может оказаться ложной тревогой, поскольку действуют нетипичные постпандемические факторы. Даже сокращая рабочий день, работодатели увеличивают персонал — чего обычно не наблюдается при приближении спада.

Число рабочих мест выросло на 339.000 в мае и почти на 1,6 миллиона с начала года. Согласно данным, в апреле число увольнений снизилось почти на 13% в сравнении со средним значением за месяц в 2019 году.

Расходы и проблемы, связанные с наймом, привели к тому, что работодатели избегают увольнения сотрудников, которые будут нужны, когда дела снова пойдут вверх. Компании нанимают сотрудников на давно пустующие должности, что позволяет перегруженному персоналу вернуться к нормальному графику работы.

Суть в том, что даже рынок труда не так силен, как кажется на первый взгляд, по историческим меркам. Высокие процентные ставки, несомненно, приведут к финансовому и экономическому кризису в наступающем году.

Центральные банки, как известно, медленно меняют направление – но грядут перемены, и по мере возвращения центробанков к снижению ставок и печатанию денег, золото и серебро будут расти.