Правительство США столкнулось с третьим по величине дефицитом 2021 года в июле

Июльский дефицит бюджета составил $302,05 млрд долларов. Эту цифру превзошли только показатели за февраль ($310 млрд) и март ($600 млрд).

До завершения финансового года осталось 2 месяца, и по данным последнего отчета казначейства, дефицит за год насчитывает $2,54 трлн долларов.

Суммы, поступающие в казначейство США, резко снизились в июле, когда налоговый сезон подошел к концу. Государственные поступления в прошлом месяце составили $262,0 млрд долларов против $449,20 млрд в июне.

Но дядя Сэм продолжает тратить деньги немыслимыми темпами. Расходы правительства в июле составили 564,05 млрд долларов.

Правительство США тратило больше полумиллиона долларов каждый месяц, кроме двух (ноябрь и декабрь). К настоящему моменту на общие расходы в 2021 ушло $5,86 трлн долларов. За последние 12 месяцев расходы на 55% превысили расходы за период, закончившийся в июле 2019.

Даже без дополнительных стимулов в наступающем году расходы, похоже, не особо замедлятся. Конгресс готовится принять законопроект об инфраструктуре на $1,2 трлн долларов, а бюджет Байдена на 2022 год превышает $3,5 трлн. Такой бюджет приведет США к самому высокому устойчивому уровню расходов со времен Второй мировой войны.

Как и в случае с любым бюджетным предложением, реальность, скорее всего, окажется хуже прогнозов. Правительство почти наверняка потратит больше, чем планировалось, а налоговые поступления не оправдают ожиданий. Это означает, что к постоянно растущему государственному долгу присоединится еще больший дефицит.

По состоянию на 12 июля госдолг составлял $28,43 трлн долларов. В настоящее время долг заморожен на этом уровне, но приостановка 2-летнего потолка долга закончится 31 июля. Конгресс настроен на борьбу с потолком долга, в результате чего лимит федерального заимствования будет снова повышен. Правительство может замять тему с потолком, временно применяя «чрезвычайные меры». Бюджетное управление Конгресса прогнозирует, что деньги дяди Сэма закончатся уже этой осенью, вероятно, в октябре или ноябре.

По данным National Debt Clock, отношение долга к внутреннему валовому продукту составляет 125,61%. И хотя многие не обращают на это внимания, долг имеет последствия. Увеличение государственного долга означает замедление экономического роста. По результатам исследований, отношение госдолга к внутреннему валовому продукту более 90% замедляет рост экономики приблизительно на 30%. Это опровергает идею «трать сейчас, думай о долгах позже», наряду с популярным нынче заявлением о том, что «мы можем вырасти из долга».

Растущий дефицит легко списать на результат расходов, связанных с пандемией, но, как уже упоминалось, признаков того, что расходы вот-вот замедлятся, нет. Это подрывает любые планы Федрезерва по ужесточению денежно-кредитной политики для борьбы с инфляционным давлением. Как заметил Питер Шифф, в связи с приближением новых федеральных расходов экономика будет нуждаться в денежно-кредитном стимулировании больше, чем когда-либо.

Как еще будут оплачиваться эти бюджетные стимулы? Где казначейство возьмет деньги на пакет инфраструктуры стоимостью $1,2 трлн долларов? Где взять еще большую сумму денег на расходы в размере $3,5 трлн долларов, который должен последовать за этим? Ответ кроется в ФРС. Хотя все продают золото, потому что ожидают, что ФРС сократит покупку активов, реальная угроза заключается в том, что ФРС увеличит покупку активов.

Огромный бюджетный дефицит почти наверняка сохранится в обозримом будущем. Это означает, что правительству нужны новые заимствования, а центральный банк продолжит держать руку на пульсе рынка облигаций посредством покупок активов, чтобы сделать это возможным. Это означает, что ужесточения политики не будет. Даже если ФРС сначала сократит объемы закупок, в конечном итоге они, скорее всего, снова вырастут. Это единственный способ покрывать огромный дефицит. Суть в том, что больший дефицит ведет к повышению инфляции.

Более того, с учетом долга экономика США не сможет справиться с высокими процентными ставками, необходимыми для сдерживания роста цен. Федеральная резервная система незначительно повысила процентные ставки до 2,5% в 2018 году, и начался настоящий ад. Фондовый рынок рухнул, и ФРС была вынуждена вернуться к ослаблению денежно-кредитной политики еще до пандемии коронавируса.